Главная | E-mail | Карта сайта



Детская литература. Художественные произведения о братьях наших меньших.
Воспитание детей. Детские сады.
Дети и животные.
Жизнь животных: зверики, как они есть в экологической системе мира.
Милосердие и гуманность к одиночеству бездомных животных.
Экология. Мир, как единое целое
Домик для кошки
Корм для домашних животных.






Главная / Милосердие и гуманность к одиночеству бездомных животных.

Мир животных: anima. Абсолютная самоценность жизни.


Марсик
(Святочный рассказ)

Меня зовут Марсик. Я родился 12 сентября Моя мама - обычная уличная кошка без имени, каких много в Питере. Отца своего я не знаю, как и большинство дворовых котят. Но мне хочется думать, что он домашний и пушистый, потому что мои брат с сестричкой были беленькие, пушистые...

Когда у нас, наконец, прорезались глаза, то мы увидели ее, ту единственную, давшую нам жизнь, ласковую, согревающую нас своим теплом и кормящую молоком. Это была она - наша мама, истощенная от родов и плохого питания, которое она добывала из дворовых бачков, сражаясь за кусок с другими котами и кошками. Когда она уходила за добычей, мы подолгу играли, а потом, сбившись в кучку - чтобы было теплее, - засыпали

Но по ночам становилось все холоднее и холоднее, часто шли дожди, было сыро - осень вступила в свои права. Наша мама, пряча нас от людских глаз, чтобы сберечь от гибели, приняла, наконец, решение - перенести нас в теплое место. И она, хорошо знавшая свой двор, выбрала дом с низким первым этажом и квартиру с постоянно открытой форточкой. Темной ночью, осторожно карабкаясь вверх и держа меня в зубах, она влезла в эту форточку - здесь, казалось ей, мы будем в безопасности - там жила 90-летняя старушка, которая очень любила свою кошку...

К рассвету я и мои братец с сестричкой были уже в тепле, наша мама, уставшая от непосильного труда, мирно спала на полу в кухне, а мы радостно играли, сытые и довольные - нам было так безмятежно и хорошо! Но это был последний рассвет для моих брата с сестрой...

Проснувшаяся старушка, охая и шаркая ногами, вошла в кухню с ведром воды в руках. Что-то зло бормоча себе под нос, ругаясь и кряхтя, она схватила нас и начала топить! Мы хватались за край ведра крохотными лапками, хватались Друг за Друга. Наша мама в ужасе металась, крича изо всех своих кошачьих сил и пытаясь выхватить нас из ведра, но все было тщетно. Мои недавно открывшиеся глаза с ужасом смотрели в этот мир, который оказался так жесток - вместо любви и тепла нас встретили ненавистью и злобой... Я захлебывался, сердце мое сжималось в страхе, я глотнул еще воды и все - больше ничего не помню...

Очнулся я в темноте, меня трясло от холода и пережитого потрясения. Приподнявшись на свои слабенькие лапки, я полз, полз, и тут наткнулся на них... Они лежали рядом - вытянутые, мокрые тельца моих брата и сестры, уже холодные и неподвижные... Я слабо пискнул еще раз, еще... Было тихо, темно и холодно. Понемногу шерсть моя просохла, и я немного согрелся, ползая в темноте.

Время шло. Было темно, холодно и страшно Нестерпимо кусались блохи, они впивались во все части моего тела, особенно в глаза, уши, не давали мне спать. И тогда я кричал... Силы мои слабели, мама больше не приходила. Я был один, совсем один. Но кто-то незримый придавал мне силы, и я кричал, кричал, правда, все тише и тише...

И вот однажды я увидел свет, его лучик проник через ту дырочку, в которую ко мне пробиралась мама, но я провалился в щель и лучик не мог осветить меня, он скользнул, освещая мое прежнее место, и кто-то тихо звал: "Кис-кис! Кис-кис-кис!" Потом свет погас, и шаги простучали по лестнице вверх и все стихло.

Тут я собрал все остатки уже покидавших меня сил и отчаянно замяукал. Но получилось тихо-тихо, или я уже перестал слышать себя от холода и голода... Вдруг в темноте я ощутил тепло - Мама!!! Нет, это была не она. Но что-то теплое было так близко от меня и я стал к нему тянуться из последних сил...

И тут произошло чудо - мы встретились. Я вцепился в это нечто своими слабенькими коготками и вмиг очутился в чьей-то ладони. Меня вытащили. Большие, теплые руки бережно понесли меня вверх по лестнице.

Я оказался в большой и светлой квартире, перед тазом теплой воды с душистой пеной. Поначалу сердце мое сжалось: ведь вода - это зло, смерть, я вцепился в руку... Но тут все сомнения мои исчезли. Эти мягкие, нежные руки, с таким трудом доставшие меня из-под лестницы и спасшие меня от верной гибели, не предадут, наверное, они принадлежат тому, кто умеет любить и не может причинить зла... И я, грязный, изъеденный блохами, доверился этим рукам, мягко погрузившим меня в теплую воду. Я, замерзший, изъеденный блохами, расслабился в пенистой воде и с наслаждением шевелил лапами, нега разлилась по всему телу, я купался! Были смыты моя грязь, блохи, злоба людская...

Закутанный во что-то мягкое, я пил из пипетки вкусное молоко и задремал. Я спал на чем-то теплом и мне снилась мама... А когда я проснулся, то увидел... ее! Только она была какая-то другая - чистенькая, пушистая, она смотрела на меня внимательно, как бы узнавая. Я потянулся к ней, она лизнула меня в нос и перебралась ко мне в домик, который сделали в ванной, из коробки, специально для меня Она заботливая и нежная, правда, у нее нет молока, но мы едим из одной мисочки и все лучшее она уступает мне, но это уже другой рассказ.

Вот так я чудом уцелел. Сейчас мне 4 месяца, я подрос и повзрослел, но все помню - знаю, что Кто-то невидимый и Всемогущий хотел, чтобы я родился в этот мир и спас меня, котенка, наградив всем, что я имею - миром, любовью, заботой, большим теплым домом и новой мамой, которую зовут Анфиска.

Кот Марсик.
Святки, январь 1999 года.

Записала с мыслей кота Марсика
Татьяна Маслова.